Шантарам — роман австралийского писателя Грегори Дэвида Робертса. Впервые издан в Австралии, в 2003 году. В 2010 году вышел в России. Основой для книги послужили события собственной жизни автора. Основное действие романа разворачивается в Индии, в Бомбее (Мумбаи) в 1980-х годах.
Бернхард Шлинк -ЧТЕЦ -поразительное исследование любви и предательства-человеческой истории и Памяти!
-В ролях: Ричард Гир, Сара Ремер, Джоан Аллен, Кэри-Хироюки Тагава, Джейсон Александр, Эрик Авари, Роберт Капрон, Давиния МакФэдден, Кевин ДеКосте, Форест
Описание: Фильм поставлен по известной правдивой истории, которая произошла в Японии в 20-х годах. Пес каждый день провожал и встречал своего хозяина на вокзале. Потом хозяин неожиданно умер, но пес в течение 9 лет КАЖДЫЙ день в 5 часов вечера приходил на вокзал встречать хозяина и ждал его до последнего поезда. Потом японцы поставили ему памятник на том месте, где он постоянно ждал хозяина.
http://torrents.ru/forum/viewtopic.p hp?t=2441258
Описание: Фильм поставлен по известной правдивой истории, которая произошла в Японии в 20-х годах. Пес каждый день провожал и встречал своего хозяина на вокзале. Потом хозяин неожиданно умер, но пес в течение 9 лет КАЖДЫЙ день в 5 часов вечера приходил на вокзал встречать хозяина и ждал его до последнего поезда. Потом японцы поставили ему памятник на том месте, где он постоянно ждал хозяина.
http://torrents.ru/forum/viewtopic.p
Привет! cкажи всем своим друзьям, чтобы они НЕ ДОБАВЛЯЛИ контакт kuzen4ik@mail.ru, потому что ЭТО ВИРУС. И контакт sateite@bk.ru с ником "Satellite" не принимать! ЭТО ВИРУС! Windows летит при первом выключении компьютера. А если кто-то из твоих контактов его словит, то он у тебя тоже будет автоматически. Так что скопируй это и перешли всем твоим контактам.
"Я люблю одиночество!"
"Я люблю одиночество!"
В этом крике - души нагота.
Одиночество любят от боли,
но от радости - никогда.
Тишину одиночество дарит,
избавляющую от обид.
Одиночество не ударит,
Одиночество не оскорбит.
Одиночество понимает,
как мужчина не сможет понять.
Одиночество обнимает,
как мужчина не сможет обнять.
Но на голые нервы надето
платье -
всё в раскаленных крючках!
"Я люблю одиночество!"
это
"Мне не больно!" -
под пыткой кричать.
А ведь больно,
так
Господи, больно,
что прижать бы к себе хоть кого,
Одиночество любят тем больше,
чем сильней ненавидят его.
Прокричать ненавистный
подстрочник, застрявший в груди:
"Я люблю одиночество!"
"Я люблю одиночество!" -
А потом прошептать перевод,
беззащитное: "Не уходи!"
Ев.Евтушенко
"Я люблю одиночество!"
В этом крике - души нагота.
Одиночество любят от боли,
но от радости - никогда.
Тишину одиночество дарит,
избавляющую от обид.
Одиночество не ударит,
Одиночество не оскорбит.
Одиночество понимает,
как мужчина не сможет понять.
Одиночество обнимает,
как мужчина не сможет обнять.
Но на голые нервы надето
платье -
всё в раскаленных крючках!
"Я люблю одиночество!"
это
"Мне не больно!" -
под пыткой кричать.
А ведь больно,
так
Господи, больно,
что прижать бы к себе хоть кого,
Одиночество любят тем больше,
чем сильней ненавидят его.
Прокричать ненавистный
подстрочник, застрявший в груди:
"Я люблю одиночество!"
"Я люблю одиночество!" -
А потом прошептать перевод,
беззащитное: "Не уходи!"
Ев.Евтушенко
Да разве у еврея нет глаз? Разве у еврея нет рук, внутренних
органов, частей тела, чувств, привязанностей, страстей? Разве не та же самая
пища питает его, не то же оружие ранит его, не те же болезни поражают его,
не те же средства лечат его, не так же знобит зима, не так же греет лето,
что и христианина? Когда нас колют, разве из нас не течет кровь? Когда нас
щекочут, разве мы не смеемся? Когда нас отравляют, разве мы не умираем? А
когда нас оскорбляют, разве мы не должны мстить? Если мы во всем похожи на
вас, то мы хотим походить и в этом. Если еврей оскорбит христианина, что
внушает тому его христианское смирение? Месть! А если христианин оскорбит
еврея, каково должно быть его терпение по христианскому примеру? Тоже месть!
\Вильям Шекспир. Венецианский купец \
органов, частей тела, чувств, привязанностей, страстей? Разве не та же самая
пища питает его, не то же оружие ранит его, не те же болезни поражают его,
не те же средства лечат его, не так же знобит зима, не так же греет лето,
что и христианина? Когда нас колют, разве из нас не течет кровь? Когда нас
щекочут, разве мы не смеемся? Когда нас отравляют, разве мы не умираем? А
когда нас оскорбляют, разве мы не должны мстить? Если мы во всем похожи на
вас, то мы хотим походить и в этом. Если еврей оскорбит христианина, что
внушает тому его христианское смирение? Месть! А если христианин оскорбит
еврея, каково должно быть его терпение по христианскому примеру? Тоже месть!
\Вильям Шекспир. Венецианский купец \
- Mood:for all of us
очень тяжело терять Таню--мою подругу-единственного человека-с которым мы прошагали много верст вместе-неважно-что наш след затерялся в Израиле-память сердца существует и тяжесть легла камнем-спасибо Шунечка за твое тепло и нервы и вообще-за всё-что нас связывало!склоняю голову в большой скорби....
О, женщина, дитя, привыкшее играть
И взором нежных глаз, и лаской поцелуя,
Я должен бы тебя всем сердцем презирать,
А я тебя люблю, волнуясь и тоскуя!
Люблю и рвусь к тебе, прощаю и люблю,
Живу одной тобой в моих терзаньях страстных,
Для прихоти твоей я душу погублю,
Все, все возьми себе - за взгляд очей прекрасных,
За слово лживое, что истины нежней,
За сладкую тоску восторженных мучений!
Ты, море странных снов, и звуков, и огней!
Ты, друг и вечный враг! Злой дух и добрый гений!
Константин Бальмонт
И взором нежных глаз, и лаской поцелуя,
Я должен бы тебя всем сердцем презирать,
А я тебя люблю, волнуясь и тоскуя!
Люблю и рвусь к тебе, прощаю и люблю,
Живу одной тобой в моих терзаньях страстных,
Для прихоти твоей я душу погублю,
Все, все возьми себе - за взгляд очей прекрасных,
За слово лживое, что истины нежней,
За сладкую тоску восторженных мучений!
Ты, море странных снов, и звуков, и огней!
Ты, друг и вечный враг! Злой дух и добрый гений!
Константин Бальмонт
Я буду ждать тебя мучительно,
Я буду ждать тебя года,
Ты манишь сладко-исключительно,
Ты обещаешь навсегда.
Ты вся - безмолвие несчастия,
Случайный свет во мгле земной,
Неизъясненность сладострастия,
Еще не познанного мной.
Своей усмешкой вечно-кроткою,
Лицом, всегда склоненным ниц,
Своей неровною походкою
Крылатых, но не ходких птиц,
Ты будишь чувства тайно-спящие,
И знаю, не затмит слеза
Твои куда-то прочь глядящие,
Твои неверные глаза.
Не знаю, хочешь ли ты радости,
Уста к устам, прильнуть ко мне,
Но я не знаю высшей сладости,
Как быть с тобой наедине.
Не знаю, смерть ли ты нежданная
Иль нерожденная звезда,
Но буду ждать тебя, желанная,
Я буду ждать тебя всегда.
Константин Бальмонт
Я буду ждать тебя года,
Ты манишь сладко-исключительно,
Ты обещаешь навсегда.
Ты вся - безмолвие несчастия,
Случайный свет во мгле земной,
Неизъясненность сладострастия,
Еще не познанного мной.
Своей усмешкой вечно-кроткою,
Лицом, всегда склоненным ниц,
Своей неровною походкою
Крылатых, но не ходких птиц,
Ты будишь чувства тайно-спящие,
И знаю, не затмит слеза
Твои куда-то прочь глядящие,
Твои неверные глаза.
Не знаю, хочешь ли ты радости,
Уста к устам, прильнуть ко мне,
Но я не знаю высшей сладости,
Как быть с тобой наедине.
Не знаю, смерть ли ты нежданная
Иль нерожденная звезда,
Но буду ждать тебя, желанная,
Я буду ждать тебя всегда.
Константин Бальмонт
Очарована, околдована,
С ветром в поле когда-то повенчана,
Вся ты, словно в оковы закована,
Драгоценная ты моя женщина.
Не веселая, не печальная,
Словно с темного неба сошедшая,
Ты и песнь моя, обручальная
И звезда ты моя сумасшедшая.
Я склонюсь над твоими коленями,
Обниму их с неистовой силою,
И слезами, и стихотвореньями
Обожгу тебя, добрую, милую.
Что не сбудется - позабудется,
Что не вспомнится - то не исполнится,
Так чего же ты плачешь, красавица,
Или мне это просто чудится?
Очарована, околдована,
С ветром в поле когда-то повенчана,
Вся ты, словно в оковы закована,
Драгоценная ты моя женщина.
С ветром в поле когда-то повенчана,
Вся ты, словно в оковы закована,
Драгоценная ты моя женщина.
Не веселая, не печальная,
Словно с темного неба сошедшая,
Ты и песнь моя, обручальная
И звезда ты моя сумасшедшая.
Я склонюсь над твоими коленями,
Обниму их с неистовой силою,
И слезами, и стихотвореньями
Обожгу тебя, добрую, милую.
Что не сбудется - позабудется,
Что не вспомнится - то не исполнится,
Так чего же ты плачешь, красавица,
Или мне это просто чудится?
Очарована, околдована,
С ветром в поле когда-то повенчана,
Вся ты, словно в оковы закована,
Драгоценная ты моя женщина.
Н. Заболоцкий
